Михеев Евгений Геннадьевич

Михеев Евгений ГеннадьевичОкончил школу № 25, затем школу менеджмента при Сельскохозяйственной академии, Юридическую Академию и экономический факультет Академии Народного Хозяйства при Правительстве РФ с красным дипломом. В разные годы работал в Оренбурге, Москве, Орске, Бузулуке, Уральске (Казахстан). Командировки и путешествия добавят ещё сотню прекрасных мест в России, СНГ и заграницей, где я побывал.

Михеев Евгений Геннадьевич Михеев Евгений Геннадьевич Михеев Евгений Геннадьевич Михеев Евгений Геннадьевич

    Политик Евгений Михеев: В Орске народовластия больше, чем в Оренбурге

    Разговор о выборах в эфире шоу «Санта-Барбара»

    Спасибо за приглашение и проявленный интерес к моему мнению ведущим шоу «Санта-Барбара» на радио «Шансон» Елене Дорогой и Руслану Исмагилову, также благодарю Анну Золотову и информационный портал «Урал56.ру» за фотографии и статью.

    Мы общались около часа, поэтому полную радио версию можно услышать на подкасте:

     

    Здесь описана большая часть нашего диалога на троих:

    — Санта-Барбара в Орске. С вами Лена Дорогая. Доброе утро! Сегодня понедельник, 24 августа. У нас в гостях Евгений Михеев – орчанин, проживающий в Оренбурге, общественный деятель, блогер, которого я с удовольствием читаю, оппозиционер и человек, которого, на мой взгляд, с треском прокатили с выборами.

    — Доброе утро. Хочу в начале поздравить всех орчан с наступающим 280-летием города Орска. Я всегда с радостью заезжаю в свой родной город, вижу преобразования. Представлюсь просто – Евгений Михеев, потому что ипостасей у меня очень много разных направлений. Я являюсь руководителем организации, которая объединяет 60 компаний в ЖКХ, председателем Совета «Российского союза налогоплательщиков» в Оренбургской области…

    — С недавних пор еще и член общественного Совета при ГЖИ…

    — Да, и в Москве занимаюсь несколькими проектами, связанными с этим.. В общем, я неравнодушный интересующийся человек.

    — Бывший помощник депутата Государственной Думы…

    — Я не являюсь бывшим, мы сотрудничаем до сих пор.

    — А можно мне задать совершенно глупый вопрос? Я блондинка не только по волосам – я  в душе блондинка. Что дает статус помощника депутата? Есть ли какие-то привилегии? Может можно на красный свет дорогу переходить или за буйки заплывать?

    — Самая большая привилегия – это проходить без заказа пропуска в какие-либо госучреждения, в том числе и в Государственную Думу.

    — С точки зрения оренбуржца, вся эта «тусня» не вызывает какого-то отторжения? Или действительно люди занимаются каким-то делом, принимают какие-то интересные нужные законы…

    — В конце 90-х — начале 2000-х годов я занимался околополитической деятельностью, я застал время, когда Борис Немцов еще был заместителем председателя Госдумы, я тогда был членом партии «Союз правых сил» и то время я запомнил, как время активной работы на благо страны. Сейчас многие депутаты и сами понимают, что они не являются образующей законотворческой силой, поэтому очень много статистов и неизвестных людей среди депутатов,  ярких личностей практически нет. Многие люди и голосуют, не всегда разделяя точку зрения. Для меня сейчас авторитетов там очень мало.

    — Жень, я знаю, что в политике ты очень давно. Одна из первых партий, которые ты создавал – это партия Жизни…

    — Это одна из последних. Начинал я с партии «ЛДПР» в начале 90-х. 91-93 годы. Прошло много времени и партия Жизни — это один из последних проектов, которым я занимался на территории Оренбургской области.

    Но я хочу немного об Орске сказать, в отношении выборов. Оренбург и Орск – яркие примеры того, как проявляется активность. И активность на территории Орска, в отличие от Оренбурга, имеет возможность расцвета политического выхода. Сейчас расскажу, что я имею ввиду:  в Орске выдвинулось порядка 100 кандидатов, при этом семь  человек сняли. Это нормальный процент. А теперь посмотрим на город Оренбург: 377 кандидатов выдвигаются, на 40 мандатов и при этом, более 180 человек под разными предлогами снимают. На моем округе №13 из десяти выдвинутых кандидатов снимают шестерых, остается четыре. Ни одного беспартийного не остается.

    — Но в том числе снимают и партийных?

    — Да, снимают, включая целые партии. Например, партия «Родина». В связи с тем хочу сказать, что народовластие и демократия в Орске существуют в большей степени, нежели в Оренбурге. В Оренбурге эта система деградирует. Я очень удивлен тому, что мой бывший преподаватель с кафедры Конституционного права Александр Юрьевич Нальвадов, который сейчас возглавляет Областную избирательную комиссию города Оренбурга и новый руководитель Избиркома г. Оренбурга Александр Владимирович Вадин войдут у нас в историю, как люди, которые провели самые антидемократические и антиконституционные выборы. Права избирать и быть избранными нас лишили. Я не знаю даже такого прецедента ни в стране, ни где-либо еще. 

    — Евгений за кадром говорил, что посетил памятник основателю города Ивану Кириллову, выложил фото с посещения в свой Инстаграм. И сейчас расскажет, как ему в целом изменения, произошедшие с городом в связи с юбилеем.

    — Я когда подъезжаю к Орску у меня независимо от времени суток и времени года всегда в душе позитив. Когда я вижу какие-то улучшения, то испытываю еще больше радости. Тот факт, что Советскую преобразили, что на ней будет проводиться часть мероприятий, что открыли этот прекрасный памятник, который просто потрясающе смотрится на фоне церкви, холма, конечно же, меня радует.

    — А почему ты пишешь в своем Instagrame «Родная для меня Советская»?

    — Я на ней фактически вырос. Я с месячных лет воспитывался там у своей тетушки, сидя голой попой на песке, смотрел на пролетающие самолеты и говорил «Папа – мимо!».

    — Вернемся к политике. Какие сейчас наиболее известные политтехнологи применяют партии?

    — Для меня самое важное показать людям кандидата со стороны. Я никогда не занимался кандидатами, которым не верил или не поддерживал в чем-то. Задача заключается в том, чтобы как можно более полно раскрыть кандидата, сделать много встреч… На муниципальном уровне встречи – это главное. Рукопожатие, когда человек может посмотреть в глаза кандидату… Люди чувствуют друг друга, чувствуют, можно ли верить этому человеку. Если можно верить, то это уже плюс. А если человек еще и грамотный, знает, как и какие шаги сделать, чем можно и нужно помочь людям, то люди видят, что от этого человека они получат конкретную пользу. Тогда они и сами за него хотят голосовать и других агитируют.

    — Я живу в округе №5 – это огромный частный сектор, в котором живет много интересных, уважаемых людей. У нас было пять кандидатов, одному отказали в регистрации, осталось четыре. До выборов осталось три недели. Ни одного из четырех кандидатов, ни одной листовки, ни я, ни мои соседи не видели. Мы как вообще должны выбирать? Того, кто посимпатичнее или того, кто отсидел уже пять сроков  в Горсовете? Или голосовать сердцем будем?

    — Большой каток сейчас проходит по избирательной системе. Эти зачистки, невозможность людей подготовиться заранее, непонятно, будет ли у тебя доступ к выборам или нет. Любая агитация требует денег.

    — А просто пройти ногами по своему участку, побеседовать с жителями?

    — Нет у нас культуры. За последние 15 лет у нас несколько раз менялось выборное законодательство. В муниципалитетах, особенно по Оренбургу, это видно. То одни округа, то другие, то многопартийные, то сити-менеджеры, то назначение губернатором… Постоянно что-то меняется. Отстраненность от людей – это упущение ваших кандидатов. Может, они не понимают силы личного общения, может быть думают, что листовки прокатят… Может быть, они вообще не верят, что могут пройти. Даже если они не считают возможным тратить средства на агитацию, то уж время свое, если ты выдвинулся, будь добр.

    — Тогда я просто забью на эти выборы и не пойду.

    Кстати, я хочу сделать реверанс в сторону самой крупной партии власти. Несмотря на то, что вроде бы все зачищено, административные ресурсы на их стороне, их разрешают финансировать, но их кандидаты пашут. Реально, каждый вечер по 2-3 встречи, концерты, агитации… Вот говорят «Все решено». Ничего не решено. Если бы было решено – не пахали бы эти люди на округах. Нанимают дорогих консультантов, занимаются с ними и так далее. Поэтому, не верьте, что все решено. Раз они работают – значит, вы, избиратели решаете, кто у вас будет. Другое дело, что надо навалиться гуртом за хорошего человека.

    — Надо сказать, ты прав, Жень. Представители партии власти, несмотря на то, что якобы уже все решено, проводят встречи. И эти встречи проходят в муниципальных организациях. В прошлый понедельник была встреча в ВЭС в четыре часа.

    Я помню, когда занимался другими альтернативными партиями, у нас замочки вешали на двери. Даже при всех договоренностях не давали залы. Но эти встречи — политическая борьба. Они сейчас взяли власть и за нее держатся.

    — Но это не политтехнологи?

    — Нет, это – административные ресурсы. Этих можно продавливать, а другим – ограничивать доступ к избирателям.

    — Я знаю, что ты один из немногих политтехнологов. Когда Ринат Хамиев выдвигал себя в президенты, ты имел возможность участвовать в выборах в качестве его консультанта. Ты летал с ним в «святая святых» избиркома, видел волшебника Чурова своими глазами…

    — Действительно мы вдвоём в начале занимались организацией его выборов, мы занимались его кампанией кандидата в президенты Российской Федерации и он был зарегистрирован. Мы проводили большой сход граждан на 500 человек и все в соответствии с законом. Почему я этим занимался? Нет, это не против Путина или еще почему-то. Я всегда стараюсь поддерживать любые начинания людей, пусть они амбициозны, пусть они иногда кажутся нереализуемыми. Но если человек стремится раскрыть себя, реализовать, пытается подкорректировать общую политику… Он же тоже шел со своими предложениями, и это все учитывается, мониторится, какие части населения какие вопросы интересуют… Он как представитель своих избирателей, региона, он доносил это. И в тот момент Ринат нашу Оренбургскую область, город Орск представил весьма достойно. Рассказал, чем живут люди и что им нужно. И повторюсь, я помогаю людям, которым я верю, и за которых мне не будет стыдно.

    — Мы видим все больше и больше дел в регионах, где активисты Общероссийского народного фронта добиваются возбуждения уголовных дел против губернаторов, мэров – это имитация или это действительно наметившаяся мощная партия в противовес «Единой России»?

    — Нет, это не имитация. Если у «Единой России» сконцентрирован административный ресурс и фактически вся вертикаль в регионах, то нужна какая-то альтернативная тема, через которую можно быть замеченными. Нужны какие-то яркие моменты, которые бы заметили. А с учетом того, что у нас сейчас антикоррупционная борьба идет в основном в Интернете и она заметна, нужна была еще сила, которая бы ее перекрыла и забрала людей у Навального. Это просто внутривидовая борьба.

    — А Навальный – действительно серьезная фигура? Я первоначально к нему очень уважительно относилась. а теперь мне кажется, что она превратился в какого-то Петрушку.

    Сколько лет Вы следите за его деятельностью?

    — Года три.

    — Уже три года выйти в официальную легальную политику ему не дают. Уже несколько партий он пытался создать, их то не регистрируют, то называют таким же именем его партию… Ему не дают легально выйти, потому что не хотят давать официально слово. При этом вся эта административная машина работает на то, чтобы сделать из него, как Вы говорите, Петрушку. Балабола. После его заявлений не следует ни уголовных дел, никого не сажают. свойственно, все это – балабольство. Такая двойная игра – и не пустить и превратить своего конкурента в клоуна.

    — Но, то есть прислушаться к нему все-таки стоит? Он не выдумывает все эти дворцы и шубохранилища?

    Ну как выдумывает? Что ж он их рисует что ли? Это все факты, никакой не фотошоп. Слушать надо, если нет никакой альтернативы. Я сторонник того, что надо собирать как официальные, так и неофициальные новости, слушать, читать разные источники и формировать свою точку зрения. Даже слушать того же Навального… Он политик и тоже стремиться где-то и приукрасить, и перегнуть.  Но, в то же время, все, что он рассказывает, будет показано после того, как элита покинет власть. Вот тогда будет как со Сталиным. Не успел умереть и у нас тут же развенчание культа личности. И он оказался самым главным тираном. То же самое будет и здесь. После того, как эта власть уйдет, снова все заговорят, включая ярых поклонников действующего Президента. У нас же всегда любили… То Горбачева любили, то Ельцина, а потом начинали…

    — Ну да, пнуть дохлого льва – это национальная забава…

    — А сейчас мы все прогибаемся, стараясь угодить, чтобы выжить в  этой системе.

    — Возвращаемся к политтехнологиям. Что тебя заставило завести Живой Журнал в Интернете?

    Когда я начал писать и понял, что некоторым людям интересно читать и общаться в Интернете, дискутировать, я стал осваивать несколько площадок. В том числе и на «Эхе Москвы». Где еще в данный момент можно бесконечно выражать свои мысли, свою позицию? При всем уважении к телевидению – там все на коммерческой основе в основном. Когда я начал писать я прошел все газеты, но главные редактора, видя, что я пишу, видно побоялись такое печатать. После этого я завел Журнал и начал писать.

    — В период прошлой выборной компании депутатов в Госдуму шло жесткое противостояние местных элит и у тебя даже сожгли машину. В следующем году у нас ожидаются опять выборы в Государственную Думу. Ты ожидаешь таких жестких противостояний или же все будет решено и пройдет спокойно?

    — Если технологию, которую уже отрепетировали на нескольких выборах недопущения альтернативных кандидатов, произойдет и будут такие кандидаты-споллеры, то есть запасные, не претендующие на реальную победу, то кому противостоять? Им что ли? Беда России в том, что людей лишают выбора. А нечестные окружные избирательные комиссии формируют и проводят у нас нечестные выборы. Которые, в свою очередь, формируют нечестную власть. А нечестная власть никогда не будет работать в интересах народа. А коли так, то ради кого, ради чего это делается? На круглом столе, который прошел на той неделе, я говорил, когда нас – граждански активных людей, выталкивают за борт таким топорным методом – если не мы, то кто? Понятное дело, что у них есть уже согласованные выборные кандидаты… Но а нам-то куда деваться? На этой неделе мы общались с Верой Ириковной Башировой, она возмущена некоторыми перегибами в Оренбурге. И мы говорили о том, чтобы провести круглый стол с этими активными людьми и показать, что есть площадки, помимо Горсовета. Хотелось бы, чтобы гражданская активная позиция людей была направлена в правильное русло, а не была выкинута, не становилась неконструктивной оппозицией власти. Когда людей отталкивают, то многим становится обидно. Мы все можем взаимодействовать и каждый имеет возможность найти себя.

    — Евгений, я правильно тогда считаю, что Вы считаете, что депутат Горсовета способен изменить ситуацию в одном конкретном городе? Как депутат горсовета один может изменить Федеральный Закон?

    — Нет, никак.

    — Тогда зачем он туда идет?

    ­— Подождите, на муниципальном уровне идут решать муниципальные вопросы. У вас есть свой бюджет, свои программы, свое видение, что делать первым, что вторым, по каком пути развиваться городу и так далее. Вот задачи депутата. А на федеральном уровне у вас есть депутаты – представители от Государственной Думы, которые решают вопросы о капремонте и тому подобные.

    — Что может один человек против 24?

    Я считаю, что имея статус и доверие людей, один человек сможет убедить и  депутата Госдумы. Его будут слушать. Он сможет доносить свое мнение сначала до депутатов сначала Горсовета, потом администрации, потом администрации области…

    — А если я доносить буду, то кто меня будет слушать?

    — Слушать Вас будут, но считать, что это  частное мнение. А здесь уже человек, наделенный властью. Небольшой, но властью. И власть эта дана от народа, народ значит поддерживает его мнение. Поэтому это уже мнение депутата.

    — А как ты относишься к мнению, что выборы – это защита от социальных бунтов?

    —  Если это считать свистком, который выпускает пар, то тогда они не дают этот пар выпустить. Они создают еще большее давление в обществе тем, что выталкивают людей и оставляя только тех, кто находится в их «обойме», то есть, это – парламентские партии, которые не собирают подписи, которых финансирует государства. Это все из серии «рука руку моет». Им создали условия и любая другая партия им уже мало интересна, потому что это  уже их проценты голосов, их власть, их влияние. Я человек либеральных взглядов, поэтому для меня свобода и выбор – это не пустые слова. Только в конкурентной борьбе могут вырастать настоящие лидеры, настоящие серьезные программы, настоящие силы. Я часто привожу пример, что если мы будем выходить на спортивные соревнования и оставлять только команды, где у нас «брат-сват» и так далее, а настоящих спортсменов будем держать за воротами стадионов, то в итоге у нас будут спортсмены не способные конкурировать на международном уровне. Мы и так уже пролетаем на международном уровне. Поэтому, единственная задача сейчас – сказать, что сами дураки, закрыться внутри страны, на всех обидеться и создавать негатив, говоря, что нас не любят, все против нас. Сами начали, теперь сами расхлебываем.

    — Ты думаешь, что сейчас набор всех политтехнологий известен и сведен к минимуму и все стараются вести выборы честно?

    -Будут «черные» технологии, когда будет «черная» борьба за власть. «Черные» технологии – это часть небольшая всей большой истории, когда у людей не получается показать себя с хорошей стороны, то надо себя очернить. Это нормально. «Черные» технологии у нас есть и в бизнесе, и в большой политической жизни, когда с экранов мы поливаем грязью другие страны. Вернутся нормальные выборы – вернутся и многогранные технологии. Потому что «черные» технологии — это пятая-десятая часть процента того, что должны делать пиарщики. Когда все вернется, тогда вернутся и новые попытки найти какие-то стороны, струны… Сейчас это как и производство, и образование, и медицина медленно у нас в стране загибается. В том числе и технология по продвижению лидеров. Ничего пока нового не ждите – мы доедаем старые объедки с прошлогоднего стола.

    У нас нет системы роста социальных лифтов.  Сейчас нет школ резерва, более того, любого человека, который имеет свою точку зрения, стараются вывести из игры. Если он не работает на тебя – значит он враг. Вот такая система.

    — Я вернусь к теме выборов. Пять лет назад на выборах в Горсовет было действительно жесткое рубилово. И на твоем участке, где баллотировался Владимир Головин – ректор московского института права, было жарко. А сейчас-то куда все делось?

    — А сейчас зачищают до выборов. Нет человека – нет проблемы. Мы близимся к завершению эфира и, можно я скажу главное? Люди, не думайте, что получив статус депутата, вы сможете мгновенно преобразовать мир. Мир нужно начинать преобразовывать с себя, на своем месте. Как журналист, как блогер, как неравнодушный человек доносить свои мысли.  Я знаю сотни депутатов, которые имели статус, но как пришли неизвестными, так неизвестными и ушли. Либо «кивалы», которые ничего не сделали ни для себя, ни для города, ни для страны. Поэтому статус депутата ни дает гарантии, что человек войдет в историю. Можно творить свершения, будучи обычным журналистом, рабочим, просто небезразличным человеком.

    — Нам пришло сообщение «Хорошо поговорили с умным человеком. Как жаль, что таких мало в России». Жень, это – комплимент!

    — Спасибо большое. Очень приятно, что в моем родном городе такие вещи слушают. Нужно просто больше площадок и вы увидите, что умных людей очень много. Просто сейчас по какой-то причине они стараются не выражать мнение, не говорить, дабы не идти против большей массы, которая поддерживает ужасные вещи по уничтожению продуктов, например.  С очень многими людьми быстро находим общий язык. Мне, наверное, везет на них. Все всё понимают, все всё прекрасно видят. Спасибо вам, спасибо вашему радио, что вы даете возможность общаться с людьми.

    — Евгений Михеев был у нас в гостях, надеемся, что не в последний раз и ждем на день города.

    Пресс-служба Евгения Михеева